Нет ничего уютнее,
чем сидеть на широком подоконнике и смотреть сквозь морозное стекло на
предпраздничную суету. Люди спешат от магазина к магазину, ныряют в двери и
возвращаются с пакетами
и свёртками, уткнувшись в бесконечные списки покупок. В этом ажиотаже они не
замечают ни снега, кружащегося в свете фонарей, ни колкого северного ветра. Всё
внимание занято тем, чтобы ничего не забыть к новогоднему столу.
А я сижу в тепле, пью чай с лимоном и с высоты четвёртого этажа наблюдаю этот житейский спектакль. Забавно думать, что уже завтра вся эта суета станет прошлым и будет вспоминаться с улыбкой: будто магазины могли исчезнуть навсегда, оставив человечество без привычных мелочей.
Размышляя об этом, я смотрел на улицу. Смеркалось, фонари светили ярче, снег падал крупными хлопьями. Вдруг в круге света появился наш дворник дядя Коля. Он тянул за собой детские санки с привязанной ёлкой. Остановившись передохнуть, он поднял глаза, и наши взгляды встретились. Улыбнувшись, он кивком позвал меня вниз.
Я крикнул маме, что иду гулять, пообещал быть дома вовремя и, на ходу застёгивая сапоги, выскочил на лестницу. Сбежав во двор, я обнаружил, что дядя Коля исчез. Лишь след от санок, припорошённый снегом, уходил под арку. Я побежал по нему, перепрыгивая заснеженные скамейки. Вокруг хлопали двери подъездов, лаяли собаки, из окон доносились голоса, музыка и смех.
След привёл меня к дворницкой. Из приоткрытой двери падал тёплый свет, а под окном стояли санки с ёлкой. Внутри дядя Коля сидел у буржуйки и пил чай. Я поздоровался и поздравил его с наступающим Новым годом. Он кивнул и предложил мне присесть.
Продолжение в свежем выпуске газеты.
Маргарита ОМЕЛЬЧАК, «Класс!»ный автор, г. Ташкент.
далее